Игра по-крупному: зачем сеть из России открывает пиццерии в Америке, Европе и Азии

Серджиу Болокан спе­шил на сме­ну, а авто­бу­са все не было. Опазды­вать не хоте­лось. Что о нем поду­ма­ют дру­гие? Скажут, что вряд ли он спо­со­бен на какое-то серьез­ное дело, если даже не может прий­ти на рабо­ту вовре­мя. И о чем с ним после это­го разговаривать?

Сыктыв­кар — город не такой уж боль­шой. Из кон­ца в конец — от желез­но­до­рож­но­го вок­за­ла до реки Сысолы — мож­но прой­ти за пол­ча­са. Серджиу при­ки­нул, что напря­мик мож­но здо­ро­во сре­зать — и отпра­вил­ся пешком.

В теп­лой одеж­де и зим­ней шап­ке Болока­на было слож­но отли­чить от мест­но­го жите­ля. Впрочем, он и без шап­ки не очень выде­лял­ся. Серджиу отлич­но гово­рил по-русски.

В дей­стви­тель­но­сти он был тут чужим: родил­ся в Молда­вии, а со сту­ден­че­ских вре­мен жил в Румынии. Путь инту­ри­ста про­ле­гал через желез­но­до­рож­ные пути. Преодоле­вая поло­су пре­пят­ствий, Серджиу осту­пил­ся в тем­но­те — и провалился в снег по пояс.

Кругом не было ни души. Предсто­я­ло выби­рать­ся само­му. Барах­та­ясь в сне­гу, Болокан мог бы задать себе вполне умест­ный в этих обсто­я­тель­ствах вопрос: «Какого чер­та я вооб­ще тут делаю?»

Там, где он про­жил всю созна­тель­ную жизнь, тем­пе­ра­ту­ра опус­ка­лась ниже нуля толь­ко в янва­ре. Осталь­ное вре­мя жите­ли насла­жда­лись мяг­ким бал­кан­ским климатом.

Тут — на шести­де­ся­ти гра­ду­сах север­ной широ­ты — Серджиу повсю­ду окру­жа­ли снеж­ные соп­ки. Когда он при­е­хал в Сыктыв­кар, тем­пе­ра­ту­ра упа­ла до минус сорока.

Когда-то он тру­дил­ся пере­вод­чи­ком в «Лукой­ле», а потом создал несколь­ко сво­их ком­па­ний. Теперь же его рабо­та, на кото­рую он спе­шил, заклю­ча­лась в том, чтобы про­сто месить тесто и мыть лотки.

Сгинуть по пути на эту рабо­ту, замерз­нув в сне­гу за тыся­чи кило­мет­ров от дома, было бы, конеч­но, инте­рес­ным и несколь­ко неожи­дан­ным фина­лом его бур­ной, но пока еще доволь­но корот­кой биографии.

Однако, выби­ра­ясь обрат­но на доро­гу, Серджиу не зада­вал­ся вопро­сом, зачем ему это все сда­лось. Он пре­крас­но знал ответ.

Болокан приехал в Сыктывкар, чтобы изу­чить биз­нес пиц­це­рии и открыть потом первую «Додо Пиццу» за пре­де­ла­ми России — в горо­де Брашов в Румынии.

Для него это был не пер­вый биз­нес — но пер­вый, кото­рый увлек его настоль­ко, что он захо­тел погру­зить­ся в него с голо­вой. Его вдох­но­вил при­мер Федора Овчин­ни­ко­ва и увлек­ла идея «Додо».

Федор, впро­чем, тогда еще и не думал о том, чтобы откры­вать пиц­це­рии в дру­гих стра­нах. В то вре­мя в сеть «Додо Пицца» вхо­ди­ли все­го дюжи­на точек. В России мож­но было бы открыть еще сотни.

Поэто­му Овчин­ни­ков сра­зу отве­тил Серджиу, что при­ез­жать в Сыктыв­кар бес­смыс­лен­но, а откры­тие пиц­це­рий в дру­гих стра­нах — дело буду­ще­го. Болокан отве­тил, что уже купил биле­ты — и наме­рен вос­поль­зо­вать­ся ими, несмот­ря ни на что.

Позна­ко­мив­шись с румын­ским пред­при­ни­ма­те­лем лич­но, осно­ва­тель «Додо» пере­ду­мал. Он уви­дел в госте упор­но­го и тру­до­лю­би­во­го чело­ве­ка. Что еще важ­нее, Болокан раз­де­лял цен­но­сти ком­па­нии: прак­тич­ность и амби­ци­оз­ность, стрем­ле­ние к совер­шен­ству, откры­тость и честность.

На несколь­ко недель Серджиу посе­лил­ся в Сыктыв­ка­ре, пре­вра­тив­шись в рядо­во­го сотруд­ни­ка «Додо». За это вре­мя он едва не отмо­ро­зил уши и чуть не сги­нул в снеж­ных соп­ках, но зато дос­ко­наль­но иссле­до­вал рабо­ту пиц­це­рии, чтобы понять, как нала­дить дело в Румынии.

Вернув­шись домой, он сра­зу при­сту­пил к реа­ли­за­ции сво­ей затеи. Первая зару­беж­ная «Додо Пицца» откры­лась уже в октяб­ре 2014 года — спу­стя все­го лишь три с поло­ви­ной года после появ­ле­ния Первомайской.

Обычно основанные в России компании даже не пыта­лись добить­ся успе­ха в дру­гих стра­нах. Шли по пути наи­мень­ше­го сопро­тив­ле­ния. Россия и так боль­шая. Можно рас­ти и расти.

А в чужих стра­нах люди гово­рят на дру­гих язы­ках, там непо­нят­ные зако­ны и пра­ви­ла, и никто тебя не ждет с рас­про­стер­ты­ми объятиями.

Но ведь зару­беж­ные ком­па­нии, вро­де Starbucks или IKEA, все это поче­му-то не оста­нав­ли­ва­ло — они при­хо­ди­ли и рабо­та­ли в России, хотя здеш­ние пра­ви­ла и зако­ны тоже каза­лись им порой стран­ны­ми. Почему бы рос­сий­ской ком­па­нии не посту­пать так же?

Откры­тие пиц­це­рии в Брашо­ве не далось лег­ко. Чтобы стать успеш­ной и при­быль­ной, у пиц­це­рии ушло намно­го боль­ше вре­ме­ни, чем это тре­бо­ва­лось в России. Зато вто­рая румын­ская точ­ка ока­за­лась более удачливой.

Это все­ля­ло в коман­ду «Додо» неко­то­рую надеж­ду. Волей-нево­лей люди начи­на­ли верить, что поко­ре­ние мира — не про­сто фан­та­зии, и даже не дело дале­ко­го будущего.

Оказа­лось, если не боять­ся труд­но­стей и тяже­лой рабо­ты, все может про­изой­ти быст­рее, чем кто-либо мог вообразить.

После Брашова пиццерии стали открываться в близ­ких к России стра­нах — в Казах­стане, Эстонии, Литве, Узбеки­стане, Кыргыз­стане. Для ком­па­нии, едва появив­шей­ся на свет в Сыктыв­ка­ре, это уже было дости­же­ние: «Додо Пицца» на деле ста­ла меж­ду­на­род­ной сетью.

Но тогда коман­да «Додо» еще не обнаг­ле­ла настоль­ко, чтобы дви­гать­ся туда, где люди вооб­ще не гово­ри­ли по-русски.

А затем в Россию при­е­хал изда­тель глав­но­го жур­на­ла о пиц­це PMQ Pizza Magazine аме­ри­ка­нец Стив Грин. И ему посо­ве­то­ва­ли посе­тить «Додо Пиццу». Он не поле­нил­ся при­ле­теть в Сыктыв­кар. Во вре­мя экс­кур­сии по пиц­це­ри­ям Стив пора­зил­ся тому, как здо­ро­во в ком­па­нии все организовано.

«С таким под­хо­дом вы мог­ли бы добить­ся успе­ха даже в Амери­ке», — похва­лил он коман­ду «Додо». Откры­тость ком­па­нии и став­ка на новые тех­но­ло­гии при­нес­ли ей успех в России — и могут при­не­сти успех в мире.

Даже в Штатах нет ком­па­ний, у кото­рых зака­зы с сай­та попа­да­ют пря­мо на план­ше­ты, уста­нов­лен­ные на кухне, а с помо­щью веб-камер каж­дый кли­ент может посмот­реть, как гото­вят его пиццу.

Услышать такие сло­ва от веду­ще­го миро­во­го экс­пер­та по пиц­це доро­го­го сто­и­ло. Впрочем, может быть, это была про­стая веж­ли­вость. Многие ино­стран­цы вооб­ще все­гда гово­рят людям толь­ко при­ят­ные вещи, а свои истин­ные мыс­ли дер­жат при себе, тем более в гостях.

Но чем боль­ше Федор думал о сло­вах Стива, тем менее безум­ной каза­лась идея откры­тия пиц­це­рии в США — а затем и в дру­гих дале­ких стра­нах. Хоть в Китае, хоть в Брази­лии, да хоть в Африке.

Есть немало причин, почему гло­баль­ные ком­па­нии так успеш­ны. Работая в раз­ных стра­нах, они стал­ки­ва­ют­ся с самы­ми неожи­дан­ны­ми труд­но­стя­ми. А труд­но­сти зака­ля­ют. Кроме того, они обо­га­ща­ют их новым опы­том и знаниями.

Большие цели, кото­рые они ста­вят перед собой, при­вле­ка­ют талант­ли­вых и неуго­мон­ных людей, кото­рым инте­рес­но откры­вать для себя новые миры, кото­рым хочет­ся сде­лать в сво­ей жиз­ни что-то, отлич­ное от нуля. Если хочешь быть луч­шим в сво­ем деле, дру­го­го пути нет: какая радость в том, чтобы все вре­мя побеж­дать в дво­ро­вых тур­ни­рах и ни разу не попро­бо­вать свои силы в миро­вом пер­вен­стве? Там и сопер­ни­ки посиль­нее, и сла­ва гром­че. Да и при­зо­вой фонд про­сто-напро­сто больше.

Если «Додо Пицца» поко­рит Амери­ку или Азию, ком­па­нию мож­но будет выве­сти на бир­жу — и тогда она ока­жет­ся в одном ряду с миро­вы­ми лиде­ра­ми. А ее коман­да, кото­рая при­нес­ла этот успех, полу­чит и при­зна­ние, и деньги.

Но, глав­ное, она полу­чит выс­шее удо­воль­ствие от того, что уда­лось добить­ся того, чего еще не уда­ва­лось добить­ся ни одной рос­сий­ской сети.

Если мы дей­стви­тель­но хотим делать самую луч­шую пиц­цу, решил Федор, мы про­сто обя­за­ны успеш­но рабо­тать и в Амери­ке, и в Китае, и в Англии — или хотя бы попы­тать­ся. А ина­че как мы пой­мем, что она лучшая?

Весной 2016 года откры­лась пер­вая аме­ри­кан­ская «Додо Пицца» в горо­де Оксфорд в шта­те Мисси­си­пи. Летом того же года зара­бо­та­ла «Додо Пицца» в горо­де Яньтай в китай­ской про­вин­ции Шаньдун.

И началось.